Промежуточные результаты ликвидации адвокатских бюро и адвокатов-индивидуалов
30 ноября 2021 года вступают в силу изменения законодательства об адвокатуре. Еще до этой даты, фактически, в течение октября должен было быть реализовано одно нововведение, а именно - запрет осуществления адвокатской деятельности в форме адвокатских бюро и индивидуальной адвокатской деятельности. Единственная доступная форма адвокатской работы - в составе юридической консультации. В этом материале мы проанализируем, какие уже сейчас результаты у этого нововведения, которое, как и остальные нововведения, призваны усилить зависимость адвокатуры от Министерства юстиции и ухудшить условия оказания юридической помощи юридическим и физическим лицам.
Контекст
В Республике Беларусь долгое время единственной формой адвокатской деятельности была деятельность в составе юридических консультаций. Эта форма организации адвокатской деятельности в неизменном виде перекочевала из советских времен и решала достаточно утилитарную задачу - обеспечить присутствие адвокатов во всех районах Беларуси и оказывать гражданам юридическую помощь. Адвокатура в таком формате мало чем отличалась от ремесленной деятельности - адвокат “работал” своими руками и своей головой, никакого объединения капиталов, партнерств, найма и поднайма адвокатов и других специалистов для выполнения сопутствующих функций (маркетинг, развитие электронных коммуникаций, просто техническая обработка документов) не имелось.

По мере развития экономических отношений появился новый рынок - рынок обслуживания бизнеса, юридических лиц. На этом рынке адвокатура чаще всего проигрывала юридическим компаниям, созданным по западным образцам юридического бизнеса - партнеры, выделенные под определенные направления команды, выделение средств на повышение уровня квалификации, маркетинг и т.д. В Беларуси имелись специализированные юридические консультации по обслуживанию субъектов хозяйствования, однако это все равно были не команды адвокатов и других специалистов, а географическая точка нахождения нескольких, несомненно, очень опытных, но не объединенных единством целей адвокатов.

В 2013 году, сейчас уже сложно сказать, возможно, этот рынок стал привлекать адвокатуру, но вместо поднятия уровня адвокатуры до уровня юридического бизнеса, было принято решение ухудшить возможности для ведения бизнеса юридическим компаниям. Был введен запрет на представление интересов субъектов хозяйствования в хозяйственных (экономических) судах, в связи с чем юрбизнес был вынужден перейти в адвокатуру. Обосновывалось это якобы необходимостью повышения качества юридических услуг. Однако, следует отметить, что ни в одном международном рейтинге адвокатов от Беларуси никогда не было ни одного адвоката из обычной адвокатуры. Абсолютно все позиции занимали юристы из юридического бизнеса. Это не говорит о квалификации, это говорит именно о бизнес-составляющей, о юристах для бизнеса, о том мире, которые совершенно неизвестен обычной адвокатуре.

Естественно, юридические компании хотели сохранить те возможности, которые дает корпорация. В результате ряда обсуждений, в законе об адвокатуре появились такие формы деятельности адвокатов, как адвокатское бюро (форма объединения адвокатов в корпоративную структуру) и адвокаты-индивидуалы (как и следует из названия, деятельность в своем офисе, со своим собственным обеспечением всех процессов).

После выборной кампании 2020 года и раскручивания витка репрессий в адвокатуре одним из направления давления на адвокатов стала ликвидация достаточно независимых форм адвокатской деятельности - деятельность в составе адвокатского бюро и индивидуальная деятельность адвокатов. Почему это относительно независимые формы адвокатской деятельности и какие условия зависимости адвокатов были созданы в последнее время - в наших материалах о назначении Минюстом органов адвокатского самоуправления и о расширении полномочий Минюста по контролю над адвокатами.

Соответственно, после принятия изменений в законодательство об адвокатуре адвокатские бюро и адвокаты индивидуалы должны были в течение 5 месяцев принять решение о своей дальнейшей судьбе. У адвокатов-индивидуалов было только две альтернативы - или перейти в юридические консультации или перестать быть адвокатами, например, продолжить деятельность в качестве индивидуальных предпринимателей с лицензией на оказание юридических услуг (без судов и без работы с физическими лицами). У адвокатских бюро именно как у организационных структур было 3 варианта действий:

  • реорганизоваться (это могут быть разные действия, как они называются - не суть) из адвокатского бюро в юркомпанию с юридической лицензией. При этом те, кто хотят работать в такой юркомпании, адвокатами быть не могут - адвокаты только в консультациях могут быть;
  • создать свои консультации, похожие на квазиадвокатские бюро (ниже мы опишем, что это такое и почему это не решает абсолютно ничего);
  • просто ликвидироваться и разойтись на все четыре стороны.
Что в результате произошло
В пятницу 12.11.2021 Министерство юстиции обновило на своем сайте списки адвокатов, имеющих лицензии, списки юридических консультаций с адвокатами и другие перечни. Предыдущий список обновлялся 7 октября и содержал в себе изменения перечней, произведенные до 1.10.2021. То есть, можно сказать, именно эти изменения в перечнях отражают конечное воздействие на адвокатуру принятых изменений. При этом результаты анализа проверялись по двум направлениям - как в совпадениях исключенных, так и в списках тех, кто уже в консультациях.

Почему это промежуточные результаты? Скорее всего, до конца года будут еще изменения. В кулуарных разговорах достаточно большое число адвокатов, перешедших в консультации говорит о том, что будут достаточно серьезно оценивать, как работается в юридических консультациях, поскольку для них это тоже новый опыт, и как он будет воспринят и окажется ли приемлемым - сейчас сказать сложно.

Итак, что же можно увидеть из анализа данных?

Прежде всего, опасения относительно использования процедуры перехода адвокатов в юридические консультации как фильтра для неблагонадежных скорее не подтвердились.

В апреле этого года мы провели опрос адвокатов по поводу ожиданий и опасений, связанных с принятием изменений закона. Тогда только половина опрошенных адвокатов-индивидуалов собиралась переходить в юридические консультации, а более 60% опрошенных опасались, что эта процедура будет использоваться как фильтр для неблагонадежных.

На деле же, из 267 адвокатов-индивидуалов, имевшихся в списках на 01.10 в списках юридических консультаций отсутствует только 23 адвоката. То есть, “не дошли” до консультаций меньше 10%. При этом не стоит забывать, что достаточно большое число адвокатов подверглось репрессиям и были исключены из адвокатуры до 1 октября 2021 года. Здесь мы оцениваем именно последствия ограничения форм работы адвокатов, общая картина, конечно же, не радужная.

Среди адвокатов адвокатских бюро в юридические консультации “собиралась” только треть опрошенных. В реальности же в этой группе доля “не дошедших” до юрконсультаций несколько больше, чем у адвокатов-индивидуалов и составляет 41 адвоката из 296 имевшихся (14%).

Ряду достаточно крупных адвокатских бюро было позволено создать свои юридические консультации, например АБ “Сысуев, Бондарь SBH”, АБ “Бюро-24”, АБ “Ревера”, АБ “Горецкий и партнеры”. Адвокаты указанных бюро в большинстве своем перешли во вновь созданные консультации. На региональном уровне также адвокатские бюро бесследно не исчезли - появились новые консультации, в которые трансформировались адвокатские бюро.

В целом “потери” или разницам между двумя списками адвокатов, имеющих лицензию составляет 78 адвокатов (1896 против 1974), то есть 4%.

Сравнение с данными на начало 2021 года
Если же сравнивать с данными по адвокатуре, которые имелись на начало 2021 года, то цифры несколько хуже. Так, исходя из сведений Белорусской республиканской коллегии адвокатов, на начало 2021 года в стране имелось 2047 адвокатов, из которых в составе адвокатских бюро деятельность осуществляло 364 адвоката, а индивидуально - 394 адвоката
К сожалению, разделить изменения в числе адвокатов из-за принятия закона и по иным причинам практически невозможно без внутренней информации БРКА, которая, из-за понятных обстоятельств, выглядит как недоступная для анализа.
Исходя из доступных данных, известно что в юридических консультациях на начало года действовало 1289 адвокатов. По состоянию на ноябрь - 1887 адвокатов (цифра может отличаться незначительно от реальной). То есть, на начало года было 758 адвокатов-индивидуалов и адвокатов адвокатских бюро. А увеличение числа адвокатов в консультациях составило 598 адвокатов. Разница может образоваться только либо за счет принятых адвокатов-индивидуалов и адвокатов адвокатских бюро, либо за счет положительной разницы между принятыми и ушедшими по различным причинам (пенсия, смена работы и т.д.).
Всего из тех, кто был в перечне адвокатов-индивидуалов в начале 2021 года, в состав консультаций не вошло 44 адвоката (можно сказать, что 44 адвоката прекратили свою деятельность в качестве адвокатов) - это 11%, а из числа адвокатов адвокатских бюро - 61 адвокат, что составляет 17%.
Точно можно сказать, что абсолютное уменьшение числа адвокатов на начало 2021 года по сравнению с ноябрем 2021 года составило 151. Это разница между общим количеством адвокатов в списке лицензий и данными по количеству адвокатов на начало года по сведениям БРКА, что составляет 7%. То есть, очевидно, что бОльшая часть адвокатов, переставших быть адвокатами представлена адвокатами бюро и адвокатами индивидуалами. Так, среди адвокатов бюро процент "потерь" в два раза больше, чем в среднем по адвокатуре
Ложка (или бочка) дегтя
Так что же плохого произошло? Адвокатура лишилась всего 7% адвокатов, кто хотел оставаться работать, тот остался, чего переживать? А переживать есть чего. Во-первых, мы уже упоминали международные рейтинги юристов. И если посмотреть, например, справочник Chambers в категории «Разрешение споров» (самый «адвокатско-судебный» раздел рейтинга), то можно заметить, что из 17 отрейтингованных (Band 1−5) юристов, список «потерял» с уходами из адвокатуры 9, то есть, больше половины. Из Band 1 потери 3 из 5, из Band 2 — 1 из 2, из Band 3 — 3 из 4.

Именно по этим рейтингам ориентируются зарубежные крупные клиенты, инвесторы, банки, серьезные партнеры.

Почему так произошло? Почему 7% «унесли» больше 50% лучшей экспертизы?
Выше мы уже говорили, что обычная адвокатура — достаточно индивидуальная деятельность. Именно в адвокатских бюро концентрировалась максимальная экспертиза по сопровождению бизнеса, именно сотрудники адвокатских бюро имели возможность дополнительно обучаться, стажироваться за рубежом, выписывать и покупать дорогостоящую литературу и иным образом развивать экспертизу, опираясь на передовые знания и технологии.
Что можно было делать в адвокатском бюро и чего не получится делать в составе консультации?
В рамках разных правовых традиций сформировались разные модели адвокатской деятельности, но большинство стран допускает ведение адвокатской практики через юридическое лицо. При этом в большинстве случаев такие адвокатские компании являются коммерческими. Также, как когда-то наряду с земскими врачами стали появляться клиники, так и адвокаты стали объединяться в юридические фирмы.

На сегодня, в США более сотни тысяч адвокатских компаний, в Англии более десяти тысяч, в России при дуализме юридической профессии (нет монополии адвокатов на юрпрактику) – тысячи. Сейчас существует около сотни юридических компаний со штатом юристов более тысячи; крупнейшая фирма Дентонс имеет в своем составе более десяти тысяч юристов, которые приносят около 3 миллиардов долларов годовой выручки. Масштаб этих цифр говорит о востребованности крупных юридических компаний и их эффективности.

Форма адвокатской деятельности предопределена требованиями к адвокатскому сервису. Такие требования в первую очередь определяются ожиданиями клиентов, спецификой их задач. В подавляющем большинстве случаев клиенту не надо, чтобы обязательства и ответственность перед ним принимала группа адвокатов в лице адвокатской компании, это как раз об индивидуальной работе одного адвоката. 99% дел – это дела для одного адвоката, но на оставшиеся 1% дел и обращений приходится 99% оборота денег и активов, и особенности таких дел требуют участия группы адвокатов (крупные судебные споры, инвестиционные проекты, приобретение компаний и других крупных активов).

Клиент оправданно рассчитывает нанять адвокатскую компанию, способную привлечь в проект десятки адвокатов, обеспечить их долгосрочное участие, взаимозаменяемость, управляемость команды, нести финансовую ответственность. Заключая договор с адвокатским бюро, клиент мог рассчитывать на сопровождение его деятельности комплексно: по каждому вопросу в бюро есть адвокат с соответствующими компетенциями, что трудно реализуемо после внесения измнений в закон, когда договор заключается с адвокатом персонально.

Неудобства возникнут и в связи с широко применяемой тендерной системой отбора юристов, крупные компании, прежде всего международные, будут перед выбором – отказаться от найма адвокатов или проводить многочисленные тендеры. Такие требования к консультанту могут быть наиболее успешно и просто реализованы в правовом режиме юридического лица, а не индивидуального адвоката как стороны в договоре с клиентом.

После исключения адвокатских бюро из форм адвокатской деятельности, белорусская адвокатура лишилась той правовой формы, которая необходима для создания и развития крупных адвокатских команд, способных конкурировать с иностранными консультантами. Профессия адвоката носит вспомогательный в экономическом смысле характер – сильная адвокатская защита делает бизнес успешнее в конкуренции, и наоборот, прекращение адвокатских бюро ослабит возможности наших предприятий на международных рынках, пусть и не моментально, но в конкуренции побеждает тот, кто по всем направлениям имеет лучшие решения, в том числе и юридические.

Адвокатское бюро, как правовая форма, позволяла не только создать и управлять командой адвокатов для наиболее эффективного решения задач клиентов, но и являлась платформой для партнеров по развитию адвокатской команды, инвестированию в обучение, внедрению технологий, развитию новых практик. Для наиболее активных и способных адвокатов, бюро были хорошей мотивационной платформой для карьерного роста, для развития, для приложения компетенций с отдачей на будущее.
Почему создание консультаций на “осколках” адвокатских бюро не решает проблем крупного бизнеса?
Юридическая консультация, не являясь юридическим лицом, как структурное подразделение территориальной коллегии адвокатов, в своей правовой форме не содержит стимулов и рычагов для развития этой юридической структуры – не формируется «коллективная» собственность консультации, нет управленческих компетенций одних адвокатов над другими, нет финансовых стимулов для вклада одних адвокатов в развитие других, нет субъектности консультации (адвокат заключает договор с клиентом, а не с определенным коллективом с набором компетенций), нет отделения личной ответственности адвоката от его деятельности, а это ключевые факторы развития команды. Через оценку этих факторов мир прошел тогда, когда появлялась такая правовая фикция, как юридические лица, которые как субъекты заняли доминирующее положения во всех отраслях гражданского оборота, от медицины до права.

Ресурсы бюро позволяли оказывать помощь на основе pro bono, заниматься исследовательской работой, участвовать в подготовке законов. Это не значит, что адвокаты прекратят этим заниматься, но точек роста для такой активности станет намного меньше.

Создание таких консультаций сейчас скорее является очень вынужденной мерой для сохранения места работы адвокатам адвокатских бюро, "заточенных" на судебное представительство.

Нельзя сказать, что все пропало, адвокатура конечно не разрушится, многое из сказанного будет встроено в формат юридических консультаций, но встроено без нужной правовой основы - только на энтузиазме, на доверии, на персональном восприятии.
Какие проблемы для клиентов создает “выведение” адвокатов из юридических компаний?
Там, где юридическая команда может работать в рамках юрфирмы (юридического лица с лицензией на оказание юридических услуг), не может быть адвокатов, они не могут быть наемными работниками. Правоспособность юрфирмы в юридической практике ограничена. Юрфирма может оказывать услуги для организаций и для граждан только по вопросам предпринимательства, представлять интересы в арбитраже, готовить процессуальные документы, но без права представлять интересы в судах.

Будучи глубоко погруженными в вопросы своих клиентов, как по отдельным проектам, так и по деятельности в целом, обоснованно считать, что участие юрфирмы будет эффективным в судебных спорах по делам их клиентов. Необходимая вовлеченность команды юркомпании в правовую суть спора уже есть, по этим вопросам клиента консультировали, готовили документы, но без судов. Если бы клиент получал комплексный правовой сервис, от решения задачи до разрешения конфликта, юрфирма могла бы принимать ответственность за окончательный результат, включая разрешение спора, что сейчас потребует создания искусственных конструкций вроде негласных “своих” адвокатов, которые, по сути своей, будут должны “разрываться” между консультацией и юркомпанией.

В ситуации, когда сделку сопровождала юрфирма, а на судебный спор по этой сделке привлекается адвокат, происходит разрыв опыта и экспертизы по сделке (адвокат повторно погружается сделку), и ответственности за результат (юрфирма не отвечает за качество судебной работы, адвокат – за работу по сделке). Возрастает и стоимость юридической услуги из-за повторного изучения адвокатом тех вопросов, по которым уже поработали юристы.

Логично предположить, что те проекты, по которым предполагаются споры, лучше сразу передавать адвокатам. Но адвокаты работают индивидуально, для создания команды адвокатов необходимо заключить договоры с несколькими адвокатами. Это не удобно, как с точки зрения процедуры заключения договора, особенно при тендерных закупках услуг, так и с точки зрения управляемости командой адвокатов, многое в этом случае будет строиться не на юридических связях, а на добросовестности и доступности адвокатов, сложно будет найти ответственного за качество и конечный результат. Не всегда клиенты готовы принимать такие неудобства и риски.

То есть, “обычные” получатели юридической помощи скорее всего ничего не почувствуют, однако бизнес-среда почувствует эти изменения очень скоро и, скорее всего, достаточно негативно.

Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь c политикой конфиденциальности, а также даете согласие на направление вам сообщений по электронной почте.
Made on
Tilda